31marta

Надоело работать!

Корова и Лендровер

Реальное письмо реального конкурсного управляющего.

В суд пришло дело по ДТП с участием автомобиля Лендровер (под управлением некой Н.) и коровы. Эта дама написала претензию о возмещении материального ущерба внешнему управляющему птицефабрики, которая является собственником стада. Ответ даме достоин высшей юридической похвалы и литературной премии!!

ОАО … птицефабрика
Внешний управляющий
… Московская область

Исх. N 257 от 26 июня 2001г.

Владельцу Лендровера госпоже Н.

Уважаемая Н.! С интересом ознакомился с Вашим заявлением и приложенными к нему документами. Был бы готов принести извинения за ДТП, которое произошло по моей вине, но воздержусь от этого, поскольку никакой вины за собой не ощущаю.

Более того, не исключено, что принадлежащее Вам транспортное средство, являющееся источником повышенной опасности, использовалось Вами как орудие убийства невинной коровы (радуйтесь, что это произошло не в Индии, где корова является священным животным).

Из материалов, которые Вы прислали, не следует, что вина была моя, то есть корова, действуя по моему прямому указанию, приняла мученическую смерть с целью нанесения Вам крупного материального ущерба. Я даже не был знаком с безвременно ушедшей, следовательно, указаний ей давать не мог. На мой взгляд, более логичным представляется иное объяснение: водитель, не соблюдая скоростной режим и не руководствуясь ни здравым смыслом, ни водительским опытом, ни правилами дорожного движения, не принял должных мер предосторожности и не сделал все от него зависящее, чтобы избежать дорожно-транспортного происшествия. Обычно водители снижают скорость, издали, завидев пасущийся у обочины скот (особенно, если он крупный и рогатый).

Поскольку объяснения водителя и коровы в материалах отсутствуют, мне трудно поверить, что корова, замаскировавшись в придорожном кустарнике, хладнокровно дожидалась в засаде приближения принадлежащего Вам автомобиля, и выскочила на дорогу в последний момент. Готов представить в суд документы, подтверждающие, что покойная не проходила специальной подготовки, и вообще характеризовалась как добродушное, медлительное и незлобивое существо. Склонностей к суициду или терроризму не отмечалось, личных неприязненных отношений к автомобилям Лендровер не усматривалось. В быту вела себя правильно.

В производственных показаниях мученицы были отдельные недостатки, но Вы же понимаете о мертвых или хорошо, или никак. Таким образом, от добровольного взятия на себя отсутствующей вины и возмещения Вам причиненного (водителем?) ущерба, как Вы понимаете, я воздержусь.

Прошу не рассматривать это как отказ от добровольного исполнения обязательств в указанный срок, поскольку и наличие обязательств и десятидневный срок являются заблуждениями Ваших адвокатов, дальнейшие расходы на которых не представляются целесообразными.

Обращение к внешнему управляющему уже говорит любому грамотному юристу о том, что имущественные требования к должнику предъявляются не в рамках гражданского или иного судопроизводства, а в соответствии с ФЗ о несостоятельности (банкротстве).

Как только Вы заявите требования в соответствии с этим Законом, они будут рассмотрены в установленный Законом (а не Вами) срок. Дополнительно информирую, что поскольку ни моей, ни коровьей вины не доказали, мной изучается вопрос о привлечении к ответственности (гражданской, административной) истинного виновника ДТП, повлекшего гибель любимицы всей птицефабрики. И о возмещении ущерба и морального вреда, причиненного коллективу молочно-товарной фермы нашей птицефабрики, а также родным и близким покойной. Ваши предложения о добровольном возмещении ущерба или об отступном будут с пониманием рассмотрены (даже по истечению дневного срока).

С уважением и благодарностью за Доставленное чтением Вашего письма
и подготовкой ответа удовольствие,
внешний управляющий Т.

Бешенство

Турецкая государственная поликлиника ничем не отличается от советской. Вчера я пошла туда, чтобы мне впороли последнюю прививку от бешенства. Сижу в приемной, жду. Народу — человек 20. Несмотря на то, что друг с другом они вряд ли знакомы, в холле шумно, все разговаривают. Тут из комнаты вылетает медсестра и на весь холл орет:
— Девушка с бешенством, пройдите в кабинет номер 14!
Ну как вы, вероятно, догадываетесь, пока я шла к кабинету номер 14, в поликлинике образовалась гробовая тишина. Все взгляды направлены на меня. Прежде чем закрыть дверь кабинета номер 14, я презрительно оглядела толпу и робко гавкнула. Два раза.

Солнечное затмение

Полковник — своему заместителю:
«Завтра в 10.00 произойдет солнечное затмение, что случается не каждый день.
Весь личный состав построить рядом с казармой, чтобы каждый мог наблюдать этот природный феномен. Если погода будет плохая и затмение наблюдать не будет возможности, соберите весь личный состав в спортзале».
Заместитель — капитану:
«Завтра в 10.00 будет солнечное затмение. Если пойдет дождь, то его можно будет увидеть снаружи казармы, а затмение будет происходить в спортзале. Это случается не каждый день».
Капитан — лейтенанту:
«По приказу полковника завтра в спортзале будет произведено солнечное затмение. Если пойдет дождь, то полковник отдаст специальный приказ, что случается не каждый день».
Лейтенант — сержанту:
«Завтра полк проводит солнечное затмение в спортзале, что будет каждый раз, когда идет дождь!“
Сержант — солдатам:
«Завтра все увольнения отменяются из-за затмения полковника от солнца. Если дождь пойдет в спортзале, что случается не каждый день, всем построиться рядом с казармой..!!”

Пирожные «картошка»

Все говорили, что нет ребенка воспитаннее и умнее, чем моя пятилетняя Маша.
Так говорят и до сих пор, несмотря на недавно произошедшее ЧП семейного
масштаба. Но обо всем по порядку.

Заехал ко мне как-то на часок старинный мой приятель Шура Байбик. Привез
гостинец: бутылку «Бэйлис» и большой кулек моих любимых пирожных «Картошка»,
если кто не знает, это такие коричневые шарики размером с картошку, скатанные
из смеси какао, масла и раскрошенного печенья. Я положила парочку пирожных
Машеньке на тарелку и отослала ее в дальнюю комнату лакомиться и не мешать
взрослым общаться. Мы с Шурой сели в кухне и закрыли дверь. Дело в том,
что у Шуры Байбика, как бы это объяснить, совершенно особая манера выражаться.
Не то, чтобы он через слово матами сыпал. Но как отмочит что-нибудь… короче,
не для детских ушей.
В общем, вспоминаем мы с Шурой студенческие годы, попиваем ликер, смеемся
от души. Шура съел «Картошку» и говорит: «Это не пирожные. Это яйца потной
обезьяны». Я привыкла к подобного рода Шуриным высказываниям. Не в его стиле
просто сказать хотя бы «фу, какая гадость» или даже «говно». Да пирожные были
и правда не очень.
Проводила я Шуру и пошла к Машеньке. «Картошки» лежат на тарелке нетронутые
(и слава богу), девочка сидит, рисует.
Другой бы ребенок уже на голове стоял, и маму и гостя бы извел. Лишний раз
убедилась: повезло мне с дочкой!

Пару недель спустя у свекра был юбилей. Он у нас главный инженер на крупном
заводе, уважаемый человек. Приглашенные тоже люди сановитые. То и дело выходят
в коридор помобильничать, а то и мчат в ночное на служебных конях, обещая
впрочем вернуться к десерту. Тосты, закуски, тосты, горячие блюда, снова тосты
в честь юбиляра, процедура всем знакомая и утомительная. Добрались, наконец,
до сладкого стола. На столе появляется огромный торт с макетом нового цеха
и поднос, на котором красиво уложены пирожные. Вы правильно угадали, какие.
«Картошек» свекровь наделала! Я штучку съела — пальчики оближешь. Разлили
чай. Гости уплетают сладкое за обе щеки, расхваливают кулинарные таланты
хозяйки. Свекровь аж зарделась от удовольствия. И вдруг она видит, что наша
Машенька с тортом расправилась лихо, а пирожные как лежали на тарелке, так
и лежат.
— Что же ты, внученька, бабушкины пирожные не кушаешь? — спрашивает свекровь.
Гости притихли и посмотрели на нашу девочку, которая за все время только
и сказала, что «Передайте мне, пожалуйста, салат».
Машенька своим ровным мелодичным голоском и отвечает:
— Бабушка, разве это пирожные? Это же яйца потной обезьяны.
Шок. Главный энергетик потерял контроль над чашкой и пролил чай себе на штаны.
У свекра на лбу выступили крупные капли пота.
Ребенок смекнул, что у взрослых с соображением не все в порядке и решил
пояснить:
— Бабушка, ты все перепутала. Кто же ест яйца на десерт? Яйца едят на второе.
Тут к ехидной жене гендиректора вернулся дар речи:
— Машенька, почему же это обезьяна… потная?
Моя дочь пожала плечиком и терпеливо пояснила:
— Обезьяне было трудно. Она вспотела, пока все яйца снесла.

Когда отгрохотали последние раскаты всеобщей смеховой истерики, дверь открылась
и вошел помощник мэра, отсутствовавший еще с закусок.
— Таааак, — сказал он, выдавая десертное вожделение потиранием рук, — что
это тут такое кругленькое и аппетитное?
Ответили ему хором. Говорят, политические люди хорошо владеют своим лицом.
Не всегда.

Старые законы

Перевод из газеты «Маарив» («Вечерка»):

Один израильтянин, будем для простоты звать его Йоси, учился в Оксфордском
университете. Университет этот весьма знаменит: тем, что существует уже более
восьмисот лет, тем, что сэр Исаак Ньютон быт там деканом физического факультета
и так далее.
Итак, сидит однажды Йоси на экзамене, который должен продолжаться шесть часов
(есть там такие экзамены, не приведи, господи). По прошествии пары часов от начала
экзамена Йоси поднимает руку и подзывает экзаменатора. Экзаменатор подходит
к Йоси (он, разумеется, считал, что Йоси желает получить какие-либо разъяснения
или просто выйти в туалет) и слышит буквально следующее:
— Господин экзаменатор, я желаю получить сейчас причитающиеся мне копченую
телятину и пиво.
— Верно ли я понял, — спрашивает экзаменатор, — Вы говорите о копченой телятине
и пиве?
— Да, — отвечает Йоси, — Я говорю о причитающихся мне копченой телятине и пиве.
— Простите, — говорит экзаменатор, — но почему вы решили, что вам причитаются
телятина и пиво?
Тогда Йоси вытаскивает из сумки некий увесистый том и показывает его экзаменатору.
— Вот, — говорит Йоси, — свод законов Оксфорда со дня его основания. Есть здесь
закон от 1513 года, который гласит, что каждому экзаменующемуся более четырех
часов причитается кусок копченой телятины и кружка пива. И этот закон никогда
не был отменен.
Экзаменатор пытается спорить, ссылаясь на техническую невозможность выполнить
просьбу Йоси. Потом экзаменатор вызывает своего начальника и они совещаются
вдвоем. Англичане есть англичане, они зациклены на законах и там невозможно
просто так сказать «нет». С другой стороны, недавно принят закон, запрещающий
употребление алкоголя на территории университета. Да и с копченой телятиной уже
не так просто, как бывало. В результате длительных переговоров стороны соглашаются
на гамбургер и кока-колу. Йоси уплетает еду и совершенно счастлив тем, что утер
нос этим спесивым и глупым бритам за их же счет.
По прошествии нескольких дней обнаруживает Йоси в своем почтовом ящике вызов
на унивеситетский суд (там, где работают законы, бывает и суд). Йоси абсолютно
уверен, что пара старичков скажет ему «ну-ну-ну», на что он, Йоси, пообещает
впредь вести себя хорошо, и на том все и закончиться. Он прибывает в суд. Огромный
старинный зал с колоннами, высоченным сводчатым потолком, фресками на стенах
и витражными окнами. За бесконечнам столом сидят 150 профессоров, 45 деканов,
20 ректоров, всевозможные пэры и лорды — почетные выпускники университета.
В париках и мантиях. С лицами членов инквизиции. И они вершат суд над Йоси.
И они отчисляют его из университета за нарушение закона от 1415 года, который
никогда не был отменен. За явку на экзамен без меча.

Улей

— Студентом исторического факультета МГУ я постоянно ездил летом
в стройотряды. И вот в одной из таких поездок как-то поздно вечером
у костра, в разгар веселья, кто-то вспомнил, что рядом с объектом
приложения наших трудов находится пасека — и будущим историкам
мучительно захотелось меда. Так получилось, что делегировали
на промысел меня вместе с одним приятелем. Глубокая ночь, пасечник
давно и крепко спит. Как раздобыть этот самый мед? Курс пчеловодства
нам на истфаке ведь не читали. И мы решили притащить в лагерь улей.
А там уж разберемся. И вот мы добрались до пасеки. В темноте, правда,
было уже ничего не разглядеть, но мы выбрали самый большой пчелиный
домик, вывернули его из земли и быстренько двинулись назад. И тут
на нас кинулся здоровенный лохматый пес: видимо, он пасеку и охранял.
Рычит, бросается просто с каким-то остервенением, норовит за ногу
ухватить. Ясно, что повернуться спиной к нему нельзя — тут же вцепится.
Но не бросить трофей было уже делом чести! И мы всю дорогу к лагерю
через лес пятились задом. В три руки держали этот несчатный улей,
а одной свободной по очереди отгоняли назойливую собаку, которая
и не думала отставать. Несколько раз налетали на деревья, влезли
в какие-то колючие кусты и жутко исцарапались, один раз даже
в яму провалились. Но все-таки добрались. Когда мы появились
в свете костра, повисло молчание. А потом раздался такой хохот,
какого я больше никогда не слышал. Вместо улья мы унесли с пасеки
собачью конуру.

Сто тысяч километров

Сто тысяч километров без капремонта проехал на своем ЗИЛе водитель Сидоров и продолжал ездить дальше. Поскольку дело происходило в 1980 году и вся страна стояла на трудовой вахте, готовясь к XXV съезду КПСС, в мехколонну, где работал Сидоров, был направлен корреспондент районной газеты «Знамя», который осмотрел место происшествия и сделал несколько фотографий рекордсмена и его верного автомобиля, а также перенес в свой блокнот подробную исповедь самого героя и его сослуживцев. После чего вернулся в родную редакцию и еще до сдачи номера успел накатать целый подвал про передовика, коммуниста и орденоносца. Заголовок придумался легко — «Сто тысяч километров не предел».

Материалы ушли в типографию, наборщики взялись за работу. Полоса была набрана, напечатаны и вычитаны гранки. В набор внесены необходимые правки. Но как выяснилось, не все…

К десяти часам вечера тираж был напечатан и отправлен на почту. А наутро весь район хохотал. На первой полосе, под рубрикой «Навстречу съезду» красовалась фотография героя очерка — руки на баранке, напряженное выражение лица (не каждый день приходится фотографироваться для газеты), словно бы к чему-то прислушивается. И очень к этому лицу подходил заголовок, набранный крупным шрифтом: «СТО ТЫСЯЧ КИЛОМЕТРОВ НЕ ПЕРДЕЛ».

PS. Корректора уволили, редактору и ответственному секретарю влепили строгача. Всем причастным тоже досталось по делам их. А Сидоров переехал в другой район…

Неликвидные

Питер. 92-й год. Вечереет.
Прилично датые мой друган Серега и я спотыкаемся домой. Он пьяней меня раза в два, так что, когда дует ветер, его как парус сдувает в ветренном направлении, а я, как более устойчивый, пытаюсь рулить, в итоге вся  конструкция, слегка мыча, дрейфует на пару шагов согласно теории сложения векторов. Бредем мимо песочницы. Видим — крохотная девчушка копается в песочке, и не каким-нибудь дурацким совочком, а здоровенным
красным искусственым членом со всеми причиндалами. Преодолев обалдение, подгребаем к дитю и Серый, обдавая крохотульку перегаром, выдает:
— Хде взяла?
— В Шекш Шопе, — шепелявит деточка, и мы с трудом прослеживаем направление вытянутой руки ребенка. Ага, так и есть, Шекш Шоп!
Пять минут спустя, по дороге завалив урну, вваливаемся в заведение. Я направляю Серегу на трех барышень за прилавком с целью поинтересоваться, в чем дело, собственно, и через секунд 30 он произносит следующий сюрреализм:
— В-вот в-вы тут ссстоите, а там д-девочка членом землю роет!
У первой барышни глаза лезут на лоб, вторая, нервно хихикая, замечает, что «Ее ж, такую, в цирк надо», и только на лице третьей барышни отражается подобие мыслительного процесса, и в следующею секунду она уже зло орет в подсобку:
— Петрович, ты опять хуи неликвидные в мусор вынес?!
…..
В итоге: член у ребенка отобрали взамен на похожего по цвету и размеру плюшевого зайца, а мы с Серегой на казенные деньги едем на такси домой, прижимая к груди пачку халявных плейбоев. В общем, выиграли все.
Кроме Петровича.